Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Содержание материала

 

7. Держать голову гордо!

После двадцатого съезда партии в стране открываются школы-интернаты. Государство взяло на себя обучение и воспитание детей, оставшихся без отца или матери из-за войны. Мыслилось создание своих «пушкиных и пущиных», людей коммунистического завтра. Кого же ставить директором такой новой школы, как не Соколова?! И снова в ход – педагогический опыт, твёрдость характера, способность работать с предельной самоотдачей, вдохновлять своим примером учителей и учащихся. Школа-интернат № 1 с первых дней зарождается как самоуправляющийся, воспитывающийся в труде коллектив. Рассказывает А.П.Свалов: «В интернат принимали с не плохими оценками, ребята были хорошие. Иван Тихонович создал старостат, самоуправление, всё было по-макаренковски. Стояли даже «на часах». В школе было много кружков: танцевальный, драматический, пения, вязания, рисования и другие. Сколько радости было у интернатовцев, когда узнали, что город отдаёт им Байновский сад. Ребята ухаживали за ним, яблок наедались сами до отвала и ещё продавали на школьные нужды. Потом появился в школе свой старенький развалюха - грузовичок, на котором, тем не менее, можно было поучиться вождению. Красиво ходили ребята в колонне на праздниках. Духовой оркестр специально обслуживал колонну школы-интерната, идущей, обычно, первой».
В школу, собравшую сначала самых одарённых, направляют, как теперь говорят, «трудных» подростков, правонарушителей. Появилось шесть десятков воришек мальчиков и девочек, по которым плакала пенитенциарная система. Интернат стал напоминать не Царскосельский лицей, как поначалу грёзилось педагогическому Олимпу, а колонию имени Горького из «Педагогической поэмы». Тем не менее, всю эту массу и отличников, и трудновоспитуемых Соколов стремился «заразить» одной задачей: ученик должен жить жизнью школы, школа должна жить жизнью страны. Времени не хватало больше, чем когда-либо. Здесь можно было работать круглые сутки. Так он, впрочем, и делал. Даже засыпал иногда в своём кабинете, чтобы утром, чуть свет быть на ногах. Конечно, он работал не один. Но, кроме единомышленников, были и те, что не поняли и не приняли такого самопожертвования. Соколов - «самодур», «иезуит» - такими шепотками прикрывалась собственная неспособность столь же безоглядно отдаваться делу. В ход пошли подлые приёмы, попытки очернить директора в глазах коллектива. Противники передовых взглядов Соколова истолковывали его переход из школы в школу, как неспособность педагога «ужиться», неумение сработаться, и не хотели или не умели понять , что на деле Соколов был всегда бойцом передней линии. Он исправлял чужие ошибки, чужой непрофессионализм, чужую расхлябанность. Вообще, Иван Тихонович никогда в жизни ни о ком не говорил плохо. Его не любили за то, что он был очень прямой. Он был великодушный, честный, самоотверженный и... наивный человек. Он не бывал в отпуске, ни куда не уезжал. Хозяйства не было, и его можно было найти только читающим. Соколов не рвался за наградами, не думал он и обобщать свой педагогический опыт. Десятки педагогов города, которые когда-либо работали с Иваном Тихоновичем, радовались успехам своего «уральского Макаренко», вспоминают о нём с влажными глазами... Поднимался, креп школьный коллектив, кипела в нём жизнь: соревнование за лучший класс, спортивные праздники, обилие кружков не давали развиваться лени и равнодушию. Весь город собирался полюбоваться на воспитанников Соколова, когда они открывали шествие школьных колонн на первомайских демонстрациях. Стройные ряды, чёткий шаг, и голова поднята, как учил Иван Тихонович - гордо. А вот трафаретных лозунгов на демонстрациях Соколов не любил. Школу «поднял», а в своей личной жизни оказался перед нелёгким выбором. Стало сниться лицо женщины, с которой так легко, так радостно работалось, в которой чувствовал поддержку и понимание. Глубоким, сильным и чистым, как сам этот человек, было и его чувство. Надо было выбирать - и он сделал выбор. Дочь Ивана Тихоновича, Людмила Ивановна говорит: «У папы не было жены-соратника. Отец с мамой были совершенно разные люди. Они тихо жили и тихо разошлись, и мы с братом не осуждаем отца. Он был и останется нашей совестью, нашей гордостью!». Не так посчитали враги Ивана Тихоновича. Наконец-то у них в руках оказалась желанная зацепка. Началась травля... После увольнения Соколова «по собственному желанию», школу-интернат принял М. К. Запевалов. Дисциплина упала, ребята разбегались, остались те, кому некуда было бежать. Часть ребят покатилась «по наклонной». Во время очередной облавы на «пацанов», подростков обыскивали, выкручивали руки, давали зуботычины. Садисты «мильтоны» забили насмерть интернатовца Гену Воропаева, назвавшего служителей правопорядка «суками и фашистами»... А Иван Тихонович Соколов навсегда уехал от своих воспитанников, несколько лет работал в других городах... Но тянуло домой, и в 1967 году он вернулся в Каменск-Уральский, школе № 4, куда он пришёл, завидовали... Можно было ещё столько сделать, а дни несправедливо сочтены...
На скорбной плите последнего приюта учителя некрасовские строки: «Упорствуя, волнуясь и спеша, Ты честно шёл к одной высокой цели, Кипел, горел - и быстро ты угас!»....
А мне всё видится Учитель в ослепительно белой рубашке, с букетом белой черёмухи, в окружении тех, кто его любил.

Бушуев Виктор Владимирович
27.08.1988 г.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Please paste a VALID AdSense code in AdSense Elite Module options before activating it.