Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Археология нашего края малоизвестна. Из археологов, в дореволюционном прошлом, каменские окрестности запечатлели Владимира Яковлевича Толмачёва, уроженца Шадринска, который рысцой проскакал по озёрам Тыгиш, Шаблиш, Сунгуль, собрал черепки и скрылся в неизвестном направлении. Сквозная разведка по рекам Каменка и Исеть не проводилась. В советское время, с московских высот, с Воробьёвых гор, покусился было на уральскую древность Павел Алексеевич Дмитриев, исследователь Шигирской культуры, но профессорского запала оказалось не достаточно: маршрут по реке Исети от Свердловска до Каменска оборвался в начале пути. Экспедиция «пропала». В смысле, люди-то не пропали, подзагорели, набрали живой вес, а результат археологического поиска канул в Лету. В 1948 году ученик СШ№4 Вадик Воронин пинал воздух у горы Раструс, где случайно нашёл каменную зернотёрку и черепки лепной глиняной посуды. Свердловский археолог Елизавета Михайловна Берс, на месте находок, раскопала поселение двухтысячелетней давности, и на этом поиски древности закончились. В 1930 году, в казахской голодной степи, родился с нормальным весом, вполне упитанный мальчик, который, возмужав, первым приоткрыл занавесь археологии исетского края. Именно на каменской земле началась учёная карьера археолога Владимира Савельевича Стоколоса. Не ранее середины 19-го века, предки Владимира Стоколоса – хлеборобы с Окраины, перебрались на жительство в северные казахские земли, входившие в состав Российской империи. Стоколос – у украинцев «сорная трава», но это определение явно не подходит к В. С. Стоколосу, исследователю прошлого, доктору исторических наук. В начале Великой Отечественной войны малолетний Володя Стоколос не рвался на фронт в сыны полка, работы хватало в родном селе Бортки, на ферме – с поросятами, а на колхозном лугу – с ягнятами. А когда фашист подходил к Москве, у Володи мелькнула мыслишка, а не рвануть ли в сибирскую тайгу, партизанить. Но на полях Подмосковья уральские дивизии успокоили нервы сограждан, задав немцу по первое число, а потом, с собратьями по оружию, разнесли в клочья гитлеровское логово. В 1949 году Стоколос поступил учиться «на историка» в Уральский государственный университет им. А.М.Горького. На счёт специализации голова не болела. Голова раскалывалась оттого, что за год надо платить за учёбу 300 рублей, по полтораста рублей за семестр. Согласно решению правительства от 1933 года - отработать по полученной специальности 5 лет. Ничего себе – это значит идти в школу. Это вам не пара академических часов вуза, когда преподаватель, заливаясь соловьём, рассказывает, каким мудрым был князь Ярослав Владимирович и какими глупыми - бояре. В школе учебная программа, от которой шаг влево, шаг вправо – считай расстрел, и пора пускаться в бега. За 45 минут надо выложить триаду урока, её учебную, воспитательную и развивающую цель. Не забывать, при этом, что у человека зрительный нерв в семь раз толще слухового, и через 20 минут после начала урока внимание падает, ученики учителя «не видят», ловят мух. И, главное - к школе нужно призвание, а то набьётся в здание полный «штат» педагогов, и начинают воспитывать друг друга. Тут уж не до детей. В пору учёбы Стоколоса, в УрГУ работал археолог Константин Владимирович Сальников. Как и все преподаватели, Сальников лекции «читал» по бумажке. Известно, что своими словами, вузовские преподаватели донести тему не могут, постоянно тычут нос в шпаргалку. Сальников не расставался со своей подругой - увесистой тростью. В Гражданскую войну он получил от красных бомбардиров гостинец, изрядно покалечивший правую ногу. После войны уходил от карательных органов, мыкался в сибирской лесостепи и набрёл на андроновскую ( ах, какую!) культуру. Десятилетия своей жизни К.В.Сальников посвятил изучению эпохи бронзы на территории Южного Зауралья. Дотягивался до археологии нашего края, добрёл до речки Караболки, но не дотянул – мешала больная нога. Своим преемником в научных исканиях Сальников определил Стоколоса. Последний узнал об этом последним. Порой Володя сбегал от надоевшей летней практики, копанья в «культурном слое», но суровый взгляд и увесистая трость возвращали Стоколоса в строй. Подошёл выпускной 1953 год. В марте Сталин ушёл. Народ плакал от боли, но, видно, вождь слабо бил, коль скоро боль прошла. Осенью я пришёл в 1 –ый класс обычной казарменной школы, загодя приспустил штанишки, а Стоколос сжимал в руках заветный вузовский диплом. По просьбе Сальникова, Владимира Стоколоса направили на отработку в Челябинский областной краеведческий музей. Оклад мизерный и работа так себе, но лучше, чем идти в школу, под обстрел озорных мальчишеских глаз. Сарафанное радио донесло, что можно пробиться учителем истории в Каменск-Уральский алюминиевый техникум, есть даже общага. Вскоре Владимир Савельевич занял в техникуме вакантное место, подключился к скучно-деревенской классно-урочной системе. Каменские музейщики быстро вычислили будущего светила науки. После непродолжительного знакомства стороны ударили по рукам. Имея полевую практику, можно добыть Открытый лист Академии Наук на археологическую разведку. Владимир Стоколос, вслед за Константином Сальниковым, взялся за «Андроновскую культуру», бытовавшую три тысячи лет назад на огромной территории – от лесостепи Южной Сибири до Мугоджар. Фишка этой археологической культуры – сложный геометрический нарезной узор на сосудах древних скотоводов. У этой «культуры» местных вариантов столько, сколько местных археологов. Музей «выбил» для Стоколоса средства на экспедицию, « с целью выявления памятников старины в Каменском и соседнем Катайском районе». Маршрут пролегал от Каменска-Уральского вниз по реке Исети до устья реки Синары и вверх по Синаре до речки Исток, и замыкался в Каменске. Володя Стоколос в детстве от кого-то слышал, что Земля круглая, но, будучи патриотом, в загранку не метил, мечтал крутануться, где-нибудь близ дома, вокруг да около. Так началась и через десять дней закончилась стоколосовская «кругосветка». За рулём экспедиционной «полуторки» сидел некто, по документам, Р.М.Миндубаев, а рядом с ним – завхоз И.Д.Козлова. Начальник восседал в кузове на куче снаряжения, среди которого, для пущей важности, проглядывал геодезический инструмент. На околице Каменска стояли музейщики, помахивая отсыревшими от слёз платками. Тарахтя изношенным мотором, «ГАЗ-АА» рванул по раздолбанной дороге в неизвестность. Впереди лежала, известная ещё с 17-го века, деревня Красногорка, она же – Монастырка. В старину, табличек с датой основания сёл и деревень на просёлках никто не водружал. Пришлый не грамотный, но работящий народ, не задумывался о таких мелочах. Спать ложились с закатом солнца, с рассветом вставали. Говорили: день прошёл - слава Богу. Счёт времени вели от сотворения мира - 5508 год от рождения Христа. Пётр Первый подсунул юлианский календарь, окончательно запутав деревенскую арифметику с летоисчислением. Сельцо называли по первому поселенцу или по топонимике мест, по объектам природы. Первую карту – «Сибирский чертёж», нарисовал в петровское время тобольчанин Семён Ремезов. Позднее, картографы 18-го столетия, дополнили ремезовский «чертёж» появившимися населёнными пунктами. Первому картографу С.Ремезову ещё простительно. А, вот, карты школьных надзирателей кичигиных поражают примитивностью и детской техникой исполнения. Побывав за границей, измалевав там городские стены матерными словесами, едва ли укрепишься в познаниях картографии. Хронологию сёл и деревень более или менее достоверно вела церковь по переписным книгам Льва Поскочина, метрикам и другим письменным источникам. Стоколос, заявив о поисках «старины», к сожалению, искал исключительно следы «седой древности». История рождения уральских деревень до сих пор ждёт своего исследователя. Деревня Красногорка – «красивая горка», появилась не позднее 80-х годов 17-го века, основана переселенцами – служилыми людьми Далматовского монастыря. Не останавливаясь у Монастырки, машина Стоколоса устремилась к монастырским соседям. В царёво время была деревня Потеряева. Тут, мне думается, с названием всё ясно - пить надо меньше. В советское время трезвенники переименовали эту деревню в Лужки. Так и напрашиваются ассоциации: лужки, цветочки, детские грибочки. Обосновавшись в избе, втроём брели по распаханному полю. За Исааковым ключом нашли керамику. На карту, взятую в Синарском райвоенкомате, нанесли первое найденное поселение. Пахло «андроном». Клочок нераспаханной земли годился под стационарные раскопки. Но копать было рановато – на это требуется особый Открытый лист и куча народу. У деревни Черноскутовой, названной, вероятно, по фамилии основателя, из двух шурфов поднято два черепка, указывающих на стоянку энеолита. У найденного местонахождения, выше по Исети, в березняке, лог. Рассказывают, в логу ручей выделяет испарения, от которых голову обносит. Ладно, что Стоколос не надышался ядовитым воздухом, уехал бы неизвестно куда – потом ищи его, аукай. Так что научная разведка, друзья – не всегда обугленная кожа от пляжного загара. Как-то от сотрудников городского краеведческого музея, я слышал, что основателями села Колчедан, по рассказам старожилов, считаются братья Бабкины, которые притесняли, мирно жившего, любителя кумыса, бая Пекера, и было урочище – «Пекерово селище». Позже появился Колчеданский острог - детище Далматовского монастыря, ну, а «колчедан» - минерал. Стоколоса не интересовали ни Пекер, ни его место жительства, ни минерал. Может и впрямь надышался черноскутовским воздухом? Машина неслась к Водолазовой. Далее лежала чужая Курганская земля. Мог появиться незваный гаишник. В наше время, интернет позволил увидеть снимки фотографа Прокудина-Горского, сельцо Водолазы, с её новым белокаменным храмом. В 20-ые годы, дьявольское отродье порушило труды безвестных строителей. Группа Стоколоса, в зарослях лопуха и крапивы, едва разглядела руины храма. Вообще, «водолазами» в старину называли церковных служителей, с их купелью. Не соизволив испить серебряную водицу из родника на окраине Водолазовой, Стоколос машину отправил к мосту у деревни Ворониной. Шёл вниз по Исети, поглядывая на береговые обнажения. Найденная пара черепков была выброшена чуть ли не вчера. Поселения «бронзы» располагались у широких речных пойм. Напротив Ворониной, в которой теплилась жизнь, в полукилометре от реки, на пашне, виднелись ямы от древних землянок. Найденные фрагменты горшка, намекали на «андрон». Далее, высокие берега Исети и Синары сулили не андроновское время, а городища раннего железного века, но « в безрыбье и рак – рыба». Перед селом Ипатовским ( иначе – Иткин Яр ), на «Белой горе», заметили вал и ров поселения. Местный народ, в поисках сокровищ, нарыл «закопух». Сокровищ дебилоиды не нашли, но культурный слой кончили. На правом берегу, в низине, мычали коровы деревни Медведевой. Над Исетью болтался подвесной мост. Деревни Воронина, Медведева названы по фамилии первого поселенца. Ипат – имя собственное, а, вот, Иткин Яр? Иткин - фамилия иудейская, и, явно, купеческая. Яр - высокий берег реки. И чего это еврей бросился с яра? Видать неудачно обманул Ипата. Перебравшись через Исеть, «газон» вышел в долину реки Синары. Слияния Синары с Исетью за поворотом, зато выпячиваются «Охонины брови» – галечниковое обнажение, выставленное в заглавие сочинения Мамина-Сибиряка. Деревня Ярки (в отчёте Стоколоса – «Ерки») приказала долго жить: в советское время раскатана по бревну. В ямах, оставшихся от крестьянских изб, и в обнажениях яра, найдена керамика неолитического времени. С открытого, обдуваемого всеми ветрами пространства, экспедиция, через Верхние Ключи, полетела в село Зыряновское. Перед этим заехали в деревню Марай, названной так по здешней речушке Марай. У деревни, судя по найденным черепкам, была стоянка неолита. В старые времена, европейцы-зыряне прикочевали в азиатчину, на берега Синары. Нашли место для проживания, нарожали детей, возвели церковь, устроили кредитное товарищество, училище, регулярную ярмарку – село назвали Зыряновским. Зажили богато и весело. В 1918 году, красный орёл из соседней деревни Борисовой – пулемётчик Филипп Голиков, перестрелял «белую» половину Зырянки, и стало ещё веселее. Об этих делах на ухо Стоколосу рассказали выжившие жители. «Городок, где раньше чудь жила» оказался в километре от села. Местная молодёжь иногда посещает это загадочное место. Вал и ров длиной в сто метров полукольцом опоясывает обрывистый берег. Глубокая лощина, служила естественной защитой для жителей городища. Местность, покрытая берёзовым лесом, плохо просматривается. Синара ушла в сторону, оставив, заросшую кустарником, пойму. В зачистке берега нашли черепки раннего железного века. Напоследок, посмотрели берег Синары, напротив села. На высоте тридцати метров, на поляне, средь березняка, возвышался небольшой, с грабительской ямой посредине, курган кочевника. На окраине деревни Крайчиковой, из-под земли, день и ночь бьёт железистый источник. Глотнув желтоватой воды, Стоколос удовлетворённо крякнул и дал команду «по коням». Маршрут разведки заканчивался. Каменск встретил поисковиков паровозным гудком. Поднаторев на раскопках андроновских памятников, Стоколос приехал копать Лужковское поселение. Нанял копателей - ребят из уазовских школ, среди которых был мой друг Игорь Непеин. Копали прямоугольное наземное жилище размером 16 на 10 метров. Внутри помещения нашли труху от столбов, поддерживающих коническую крышу. Очаги кострового типа размещались в центре постройки. Выход в виде коридора вёл к реке. Среди находок каменные и костяные орудия труда: рубила, скребки, остроги, рыболовные грузила, проколки. Золота не нашли, а черепков три пуда. Индукция и дедукция Шерлока Холмса бледнеет перед узорчатыми глиняными черепками, поскольку культурная и хронологическая принадлежность археологического памятника определяется по керамике. Лужковское селище относится к Межовской культуре андроидной культурной общности, существовавшей в 10 - 8 вв. до н.э. На межовских поселениях велось многоотраслевое хозяйство, основу которого составляло пастушеское скотоводство. Разводили коров, коз, свиней. Охотились на копытных и бобров. Занимались рыболовством. Погребения межовской культуры в Зауралье неизвестны. Об этом, в письме, я спрашивал Стоколоса, и в детстве даже искал курганы возле Лужков, но курганы, вероятно, распаханы. Может тела сжигали, и пепел разносился по ветру. В.С.Стоколос высветил лишь небольшую страницу в далёком прошлом нашего края. Находки ещё впереди.

Бушуев Виктор Владимирович. 10.03.2020 г.

 

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Please paste a VALID AdSense code in AdSense Elite Module options before activating it.