Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

С медью раньше всех познакомились народы Двуречья, а во втором тысячелетии до новой эры триумфальное шествие бронзы охватило громадные территории Евразии. В Зауралье начало бронзового века относится ко второй половине второго тысячелетия до новой эры. В южных районах, на периферии индоиранского массива, сформировались центры бронзолитейного производства. Распространение бронзовых орудий и производственных навыков шло с юга, не с севера, не от белых медведей, не с запада, который втягивался в производство, не с востока, который спал, с восходом солнца, потягивался. Правда, «тонкий» восток, в 17 – ом веке до н.э. удивил, неизвестно откуда взявшейся, сибирской металлургией, промчавшейся молнией от Алтая до Хибин, оставив после себя сейминско – турбинские памятники и местонахождения, также, возможно, оставив навыки медного литья среди уральских аборигенов. Рассказывают, что первые очаги бронзолитейного «возгорания» обязаны иткульской археологической культуре раннего железного века, тем самым, в принципе, затеняя вопрос о возможном появлении культовой литейной традиции в предшествующую эпоху. Между тем, в культурном слое «андроновских» селищ и могильников найдена масса вещей из меди и бронзы (ножи, кинжалы, кельты, копья, серпы, шилья, долота, топоры, бусы, привески, бляхи, обручи ), которые датируются 15 – 13 вв. до н.э., временем «черкаскуля» и начальными столетиями поздней бронзы (10-8 вв. до н.э.). В 8-ом веке до н.э. или около того, рождается эпоха «раннего железа». Получается, что во второй половине 2 – го тыс. до н.э., андроновская культурно – историческая общность производила «ширпотреб», а о душе забыла. Медные и бронзовые культовые предметы отсутствуют. Думается, что в бронзовую эпоху, в уральском регионе, горно – лесные и лесостепные территориальные общности были этнически едины, а условия жизни при этом разные: первые занимались охотой, рыболовством, горным делом, вторые – пастушеским скотоводством, отчасти земледелием. При этом и те и другие поклонялись одним «богам» уральского происхождения. Архаическая изобразительная деятельность на Среднем Зауралье в эпоху бронзы и раннего железа протекала в исходных художественно-стилистических и идеологических рамках единой исторической общности. Литейщики бронзовой поры не могли существовать вне системы мифологических представлений, поэтому появление медных и бронзовых культовых фигур было связано не только с зарождением утилитарного медного литья, но и одновременно, было обусловлено духовными потребностями первобытных коллективов. Учёные относят существование найденных культовых фигур плоского литья не ранее 1 – го тыс. до н.э. Что – то здесь не так: или идолы эпохи бронзы лежат на самом, что ни на есть, последнем, нижнем горизонте или с археологической периодизацией, хронологией пресловутых «культур» напутано. Археолог Алексей Викторович Шмидт спешил жить, поэтому, опережая время, копал методом «слепой шурфовки», не замечая культурного слоя, уделяя особое внимание перекрёстной датировке найденных вещей. Сообщая о комплексе находок с Адуйского Камня, Валерий Николаевич Чернецов отмечает: «Адуйский идол принадлежит к группе древовидных изображений, всю эту группу А.Шмидт вполне убедительно датирует началом 1 – го тыс. до н.э. по плоскому однолезвийному ножу, форма отливки которого находится на обороте формы для изготовления древовидного изображения, подобно адуйскому, но меньших размеров». И всё же, хоть Шмидт – друг, но истина дороже. Дело в том, что однолезвийные ножи были не редкостью для Зауралья второй половины 2 – го тыс. до н.э., эти колюще-режущие ножички упоминаются в сочинениях «бронзового знатока» Константина Владимировича Сальникова. Вызывают сомнение и иные приёмы датировки: так, органика Сухореченского грота на реке Уфе, показавшая радиоуглеродную дату, едва ли верно датирует культовые фигурки – надо бы не птичий помёт прибором замерять, а металл. Между прочим, на западе Западной Европы, добрые люди открыли метод вольтамперометрии микрочастиц и с успехом его применяют на практике. Большое значение для датировки «идолов» имеют литейные формы. К сожалению, точные условия находки литейных форм остаются неизвестными, поэтому трудно судить о синхронности «литников» с вещевым материалом археологических памятников. Также, принципиальным является вопрос о каменных плитках. Изящество андроновским металлическим вещам придавали каменные формы. Сложные в изготовлении каменные попарные плитки, от которых зависел «товарный» вид изделия, могли от высокой температуры треснуть, поэтому, для страховки, в них наливали восковые модели, и на их основе делали песчаные или глиняные формы. В эти формы заливался металл. Таким образом, каменные, песчаные, глиняные формы существовали в одно время, представляли обычные, для того времени, способы литья.
Место находки культовых фигур приурочено к древним святилищам. Локальные группы имели своё священное место, где по древним представлениям, обитал хозяин этой местности. Далеко не каждая притягательная пещера, глухой остров на болоте или скалистая вершина, хранят тайну мистерий территориальных общностей Среднего Зауралья. Мифологическая картина мира породила у древних угров мифотворчество, которое привело к мифо – ритуальной практике, к комплексу обрядовых действий. Вероятно, каждому виду культа – заупокойного, поминального, тотемных предков, перевоплощения душ отводилось своё географическое положение, своё место в природной среде. Визуально, на местности, святилище плохо фиксируется, напоминает городище в миниатюре, где, за пределами едва заметного земляного вала и естественных препятствий – лога, обрыва, находится, отгороженная от внешнего мира, жертвенная площадка. Святилища возникли задолго до появления металла и, со временем, в атрибутику некоторых жертвенных мест, включались медные и бронзовые культовые фигуры. В эпоху металла святилища появились в местах добычи и плавки руд. Культовым местом являлись и «клады», куда, время от времени, складывались культовые фигуры и различные вещи сакрального назначения – зеркала, бляхи. Вероятно, как дань памяти предкам, культовые фигуры могли быть просто оставлены на селищах и городищах, жизнь в которых, по каким – либо причинам, угасла.
В наши дни, культовые фигуры находят от случая к случаю. Бледный ли, чёрный ли копатель, совершенно не вникающий в учёные премудрости, не разумеющий, как петровский новобранец, где левая, где правая нога, где левый, где правый берег реки, как граблями, сметает металлоискателем в свою кошёлку «зацепившийся» артефакт. И будет пылиться медный идолок в шкапу антиквара, и никогда не расскажет учёному миру, когда и для чего он явился на белый свет.
В итоге, можно высказать следующие соображения:
За прошедшие лет сто, в запасниках музеев и в заначках антикваров, накоплено определённое количество поделок культового литья. Уникальный для науки материал, по большей части, разрознен, обезличен, не имеет хронологической привязки к археологическому памятнику. Безотносительность культового материала к поселенческим комплексам осложняет решение вопроса интерпретации духовной жизни локальных первобытных коллективов. Вместе с тем, исходя из типологического единства находок, можно говорить о едином архаическом мировоззрении древнего населения Среднего Зауралья – в целом.
Культовое литьё возникло на Среднем Зауралье в местах расположения медной и оловянной руды, что позволило появиться горному делу. Рассматриваемая территория была заселена с мезолитического времени аборигенами – представителями поименованных в науке «археологических культур» эпохи камня, бронзы, раннего железа.
Понятие «плоское литьё» означает, что изображение выполнено в двухсторонней литейной форме, одна из сторон – плоская. Изображение, по определению, оказывалось полуобъёмным. Культовое литьё связано с определённым кругом идеологических представлений населения Среднего Зауралья, живших 2,5 – 3 тысячи лет назад. Генезис зауральской изобразительной традиции корнями уходит в каменный век, к дереву, кости, глине. П.А.Дмитриев писал о причинно-следственных связях, о воплощении придуманных мифологических образов в осязаемые материальные вещи. Учёный считал, что религиозные представления восточно-уральского населения бронзовой эпохи соответствовали стадии его общественного развития. Об этом можно судить на основании изучения отдельных памятников культового характера. Д.Н.Эдинг, открыв в Горбуновском торфянике жертвенное место, обнаружил там деревянных человекообразных идолов, фигурки лося, голову птицы и другие предметы явно культового характера. Такие находки сделаны в Шигирском торфянике. Эти жертвенные места говорят об обрядах, связанных с мистическими представлениями об окружающем мире. Человекообразные идолы доказывают, что древние уральцы верили в реальность существования своих умерших сородичей, считали, что они могут оказывать влияние на их жизнь, и умилостивляли их жертвами, чтобы они благоприятствовали и помогали их основной хозяйственной деятельности – охоте. В жертву приносили животных, за которыми охотились, или их изображения, которым придавали такое же значение, те же свойства, как настоящим животным. Встречаются условные изображения (деревянные змеи, человекообразные идолы, ромбы, зигзаги, волны), схематические изображения животных, что свидетельствует о развитии сложной символики, при помощи которой древние охотники, не умевшие правильно объяснять отдельные явления природы, стремились обеспечить своё благополучие. Мифологические представления, связанные с лосем, медведем, птицей известны по этнографическим материалам хантов и манси, демонстрируют поразительную однотипность этих образов, присущих древнему населению Зауралья и созвучны по характеру ритуальных действий, связанных с ними.
Территориальные общности Среднего Зауралья имели устойчивые религиозные и мифологические представления, традиционную линейку мифологических образов. Архаическая изобразительная деятельность, основанная на культурной преемственности и относительной этнической однородности, была продуктом коллективного творчества, вырабатывала систему канонизированных правил изображения какого-либо персонажа или сюжета. Среди культовых фигур прослеживается стереотип изображения персонажей – все они плоского литья, одного размера и т.д. В рамках тотемистических воззрений, видовой состав образов был вариативным и определялся тотемом того коллектива, в рамках которого изготовлена данная культовая фигура. Фигуры определённого облика соответствуют территориям генеалогических тотемных групп, то есть, для дотошного исследователя, проблескивает надежда оконтурить географические границы «археологических культур». В.Н.Чернецов писал, что на Среднем Зауралье по мотивам и манере изображения плоское литьё имеет устойчивые черты – это антропоморфизованные древовидные фигуры и изображения птиц. Критерий классификации культовых изображений – это, во-первых, величина фигур и, во-вторых – степень детализации изображений с помощью линий. Мифологические образы культового литья можно поделить на группы: антропоморфную, орнитоморфную, зооморфную, смешанного типа.
Вернёмся к проблеме датировки. Разложить культовые фигуры плоского литья в хронологическом порядке – это, конечно, не то, чтобы разгадать тайну египетских иероглифов, как это удалось сделать Франсуа Шамполиону, но, всё-таки, задача не из лёгких. Надёжные приёмы датировки имеют важное методологическое значение, корректируют время существования археологических культур. Как уже отмечалось, трудность датировки заключается в том, что на протяжении тысячи лет культовые фигуры имеют устойчивые морфологические черты, а датировка по сопутствующему археологическому материалу практически не возможна, поскольку большинство найденных культовых изображений существуют в природе как бы «сами по себе». Немногочисленные клады – хранилища ( Азов – гора, Смолинское святилище ) картину не проясняют, здесь даже нет культурного слоя. Очень близкое сходство культовых фигур с наскальными изображениями – «писаницами» ( почти один к одному образы прародителей, души – птицы, солярные символы ), но наскальные рисунки по сюжетам и по стилю исполнения весьма однородны и наукой не датированы. Несомненно одно, что наскальные изображения появились едва ли не в мезолите, а медные и бронзовые культовые фигуры – с открытием металла. Обратимся к отцам уральской археологии, с их датировкой « на глазок», сравнительно – историческому методу. Двигаясь ретроспективным путём из феодализма, товарищи учёные упёрлись в позднюю бронзу. К этому времени был отнесён известный в литературе Адуйский идол. Датировка человекообразного идола с реки Адуй дана В.Чернецовым , со ссылкой на А. Шмидта, началом 1 –го тыс. до н.э. Супруги Берс омолодили идола, поместив его в 4-ый век до н.э. Судя по высоко художественному исполнению, рождению красавца – антропоморфа предшествовал долгий эволюционный период становления школы культового литья, так как в одночасье такие вещи не появляются. Адуйский идол не укладывается в типовой образ древовидного антропоморфа, удивляет, главным образом, короной Света на голове. Упорно представляется, что со стороны Иранского плоскогорья, миграционные волны эпизодически посещавшие уральский край, принесли с собой зороастризм, появившийся в Персии в 7 – 6 веках до н.э.. Персы считали свет источником жизни и, подобно шумерам, пытались приблизиться к небесному своду, излучающему божественный свет, строили зиккураты - культовые башни, жгли в глиняных сосудах неугасимый огонь. На Урале, идя навстречу верованиям угров, природа создала алтари под открытым небом – каменные «палатки», на вершину которых поднимаешься, как по ступеням башни. В камне угры выбивали чаши, священное пламя которых освещало жертвенные площадки святилищ, в расщелинах скал, на ветерке, плавили металл. Древнеугорских святилищ найдено десятка три – Шарташские каменные палатки, на Шайтанском озере, Островном, на горе Мотаиха, Петрогром, Адуйском Камне и др. На обрывах речных утёсов, не везде, а где надо, видны древние рисунки – солярные знаки, свидетельствующие о поклонении угров солнцу, огню, свету. Свет все любят. В темноте ничего не разберёшь. Иные тотемные группы практиковали трупосожжение, особенно яро запавшие на огонь. Огнепоклонение прослеживается по материалам археологических раскопок памятников бронзы и железа. Думается, что этногенез финно-угров складывался под индо-иранским культурным влиянием, и проблему культовых фигур, наскальных изображений, жертвенных мест правильнее рассматривать комплексно, как одно целое, неделимое историческое явление.
На примере датировки Адуйского идола, мы видим, как далеко расходятся мнения учёных относительно некоторых хронологических привязок. История датировки культовых фигур краткая, словно мутная и краткая история ВКП (б). После чернецовской датировки Адуйского идола, упомянем о таком же, как адуйский, редком идоле, найденном у станции Исеть, чуть ли не под колёсами паровоза и датированного А.Берсом 6 – 5 вв. до н.э. , вспомним о культовых фигурах Азов – горы, относящихся, по мнению Н.Бортвина, к 3 – 2 вв. до н.э. К этому же времени, может быть, приходятся фигурки Сухореченского грота, датированные радиоуглеродным методом по сопутствующему материалу – птичьей органике. В 7 – 3 вв. до н.э. уложили свердловские археологи кучу найденных культовых изделий «иткульцев» и, пытаясь провести полную систематизацию птицеидолов, указали на необходимость « глубочайшего» семантического анализа. Кто бы спорил: ещё какого глубочайшего – дна не видно! Таким макаром, товарищи учёные, путём сравнительного анализа, выявили отдельные характерные элементы фигур, и датировка уложилась в довольно широкий хронологический диапазон: одни фигуры как – бы приходят из первой половины 1 – го тыс. до н.э. , другие фигуры, стало быть – уходят во вторую половину 1 –го тыс. до н.э. По мнению специалистов, тенденция развития культовой художественной школы заключается в трёх особенностях: во-первых, формирования культовых образов на фундаменте традиционных мифологических представлений, существовавших в рамках родственных территориальных коллективов; во-вторых, широкой морфологической вариативности изделий с присутствием устоявшихся канонизированных черт; в- третьих, генезис явления приходится на период смены эпох – поздней бронзы на раннее железо и финал – развитый железный век. При Мао-дзе-дуне китайские деревни, вместе со своим секретарём ЦК КПК, дурью маялись, занимались кустарной выплавкой металла в самодельных доменных печах, силясь догнать и перегнать страны капитала по производству стали. В эпоху бронзы, в конце второй половины 2-го тыс.до н.э., прознав о меди и олове, рациональные угры, на своих селищах выплавляли для домашних нужд медные и бронзовые шилья, кельты , крючки, проколки. Кроме тальковых и песчаниковых литейных форм, ничто не мешало существованию литейных форм из глины или земли. Глины и земли кругом – хоть отбавляй. Культовые фигуры глиняных литейных форм уступали изяществу идолов, сделанных в каменных формах, но являются едва ли не самыми древними. Наука ранними считает именно каменные литейные формы, а глиняные следствием деградации культового литья.
Не закончив с необъятной туманной темой о культовых фигурах, напоследок я скажу главное. Страсть к рыбалке, к охоте не запретить, не искоренить, как невозможно вытравить в человеке интерес к приборному поиску, интерес не обязательно меркантильный, к истории, к прошлому. Под щупальцами дотошного металлодетектора, так называемые, «случайные обнаружения» культовых фигур, сыплются, как из рога изобилия. Достояние музеев, собранное краеведами и археологами-любителями давно ушедших времён, выглядят довольно жалко на фоне тайных открытий «копателей». Скрытая информация передаётся узкому кругу лиц, но шила в мешке не утаишь. Найденный «идол» - далеко не редкий артефакт, но для науки ему нет цены. Из поступающих сведений становится совершенно очевидным, что комплексы ( клады ) культовых фигур – атрибут культа мёртвых, оставленные на могильниках, поселениях, святилищах, принадлежат конкретной людской единице, проживающей на конкретной территории, а единичные фигуры, найденные в неожиданных местах – на скальной круче, на склоне лога, на поляне и т.д., не привязанные к какому-либо археологическому объекту, свидетельствуют, возможно, о локализации места успокоения человека из иной территориальной общности. Охватывая Среднее Зауралье, концентрируясь на восточном склоне уральского хребта, укладываясь в хронологическом диапазоне – от первых веков 1-го тыс. до н.э. - до первых веков 1-го тыс. н.э.. культовые фигуры плоского литья указывают на этническую однородность населения, территорию их оседлости , образы тотемных предков локальных филиаций.

Бушуев Виктор Владимирович. 13.08.2019 г.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Please paste a VALID AdSense code in AdSense Elite Module options before activating it.